Январь
Пн   4 11 18 25  
Вт   5 12 19 26  
Ср   6 13 20 27  
Чт   7 14 21 28  
Пт 1 8 15 22 29  
Сб 2 9 16 23 30  
Вс 3 10 17 24 31  








'Генерал предложил выпить водки'. Жизнь первого американца в чемпионате России

«Мне предложили хорошую зарплату»

В нашей стране «первым североамериканским легионером» могут считаться три хоккеиста. В чемпионате СССР это Тод Хартджи, который в сезоне-1990/91 провел 32 матча за киевский «Сокол» благодаря сотрудничеству клуба с «Виннипег Джетс». После сезона Хартджи вернулся в Северную Америку.

В российских клубах первый - Майк Мюллер. У него 11 матчей за московское «Динамо» в сезоне-1992/93, когда существовала Межнациональная хоккейная лига. Американец тоже отыграл всего год, а партнерам запомнился по очень активному желанию выполнять тренерскую установку.

Первый приезжий из Северной Америки именно в чемпионате России - американец с греческими корнями Боб Халкидис. Хартджи и Мюллер переходили в наши клубы без опыта НХЛ, а Халкидис провел там 250 матчей.

- Вариант с армейцами привлек меня по нескольким причинам. Во-первых, культура и опыт. Во-вторых, возможность выступить в восьмом чемпионате за карьеру. Плюс, мне предложили хорошую зарплату, - рассказывает Халкидис.

Кстати, инициатором приглашения американца в СКА был шведский агент Лейф Нильссон. Именно с его помощью в Петербурге оказались Йоаким Мусакка и Рейне Раухала - первые иностранцы в истории клуба вообще.

«The Baboushka докладывала все Михайлову!» 90-е глазами первых легионеров СКА.

«Однажды пришлось уйти в раздевалку и выправлять нос»

В НХЛ Халкидис был результативным игроком, но не по заброшенным шайбам и результативным передачам, а по штрафным минутам. Их набралось 825 за 256 игр. Понятно, почему Боб немало времени провел в фарм-лигах. Зато за 13 лет игры в НХЛ Халкидис успел поиграть в «Лос-Анджелесе» с самим Уэйном Гретцки, а в «Детройте» его тренером был Скотти Боумэн. С ним хоккеист успел пересечься еще раньше в «Баффало».

- Я не замечал, что одноклубники в СКА смотрят на меня как на пришельца с другой планеты. Ребята были отличными, они хотели выигрывать так же сильно, как и я, поэтому мы быстро стали доверять друг другу, - признается Халкидис.

В пару к американскому легионеру главный тренер СКА Рафаил Ишматов поставил 17-летнего Федора Тютина, которого Халкидис должен был «кормить моментами». Вместе они поиграли недолго, но потом встретились вновь. В 2012-м Халкидис стал скаутом «Коламбуса», за который как раз играл Тютин.

Учитывая заокеанское прошлое защитника, при необходимости ему надо было играть жестко. Боб не знает, сколько раз он дрался в российском чемпионате, но одна стычка запомнилась.

- В одном матче молодой игрок сломал мне клюшкой нос. Когда я приехал на скамейку, партнеры были в шоке. Мне пришлось пойти в раздевалку и там руками выправлять нос, чтобы он был ровным. Я вернулся на лед и доиграл матч до конца, а ребята, мне кажется, думали: «Кто этот парень?» У меня все было в крови, - такую жуткую историю вспоминает экс-армеец.

«Путешествие на поезде? Это было круто»

Кроме Тютина Халкидис подружился с Михаилом Кравецом, который хорошо знал английский, и с Петером Нюландером. В компании шведа американец находился каждый день, они вместе ходили на тренировки и в рестораны.

О еде с Бобом особый разговор. В Петербурге ему очень понравилась рыба, а некоторые екатеринбургские болельщики, может, и сейчас вспомнят случай, когда защитник СКА, сидя на скамейке штрафников, отгрыз с клюшки ленту.

- Я так обмотал свою клюшку, что она у меня не скользила в перчатках. Нужно было улучшить контроль над ней. У современных клюшек скольжение грубее, чем раньше. Поэтому я всегда говорю, что раньше клюшки были лучше, - объясняет Халкидис свой поступок.

Этот момент любители хоккея запомнили. А самого хоккеиста впечатлило путешествие на поезде. По иронии судьбы, СКА так добирался до Екатеринбурга.

- Это было круто. Мы из Москвы ездили до Екатеринбурга где-то тридцать часов. Во время поездки ходили за едой, играли в карты с одноклубниками. А вот много поспать не удалось, - вспоминает американец, который до этого путешествовал только на автобусе или самолете.

Про главный американский стереотип о России Боб тоже не забыл.

- В конце сезона была вечеринка, и один генерал спросил, кто тут канадец. Он меня подозвал и предложил выпить стопку водки. Мы выпили, обменялись приветствиями и чуть-чуть поговорили о хоккее, - рассказывает Халкидис.

«Все хотели, чтобы у нас не получалось». Каспарайтис как символ новой эпохи СКА.

«Сезон в СКА стал последним в моей карьере»

В СКА хоккеист-грубиян провел два месяца. Он помог армейцам в переходном турнире, по его итогам петербургский клуб сохранил место в Суперлиге. Девяти матчей за СКА Халкидису показалось достаточно, и игрок решил не только покинуть Петербург, но и завершить карьеру.

- Я приходил, чтобы просто помочь команде в конце чемпионата. Я не был игроком для состава на следующий сезон. Плюс, моя семья жила в Северной Америке. Тот сезон стал для меня последним, я решил завершить карьеру и вернуться домой, - говорит Боб о своем решении.

Связей с нашей страной экс-игрок СКА не теряет. Во-первых, в «Коламбусе», где он до сих пор работает в скаутской службе, играет Сергей Бобровский. Во-вторых, Халкидис приезжал в Москву во время чемпионата мира-2016 вместе с генменеджером «Блю Джекетс» Ярмо Кекаляйненом. При необходимости бывший защитник пересекается с российскими хоккеистами, которые играют в НХЛ или АХЛ.

- До Санкт-Петербурга, к сожалению, я больше не добирался, - говорит теперь скаут «Коламбуса».

Но в Петербурге ему наверняка будут рады, и стол накроют шикарный - все как любит первый североамериканский хоккеист в истории СКА и российской Суперлиги.